header


Почему ты не веришь в моё самоубийство?

Автор: Saysly от 29-08-2005
Фандом: оригинальный мир

История одного призрака, живущего на одном кладбище, написанная одним подростком =) Навеяна прогулкой по безумному виртуальному кладбищу с оживающими могильными памятниками в три часа ночи под Chop Suey от System of A Down.


День Х

Я сижу на памятнике и болтаю ногами. Короткая юбка, гетры до середины бедра, туфли на высоком каблуке, короткий топ… Все безумно ярких цветов, украшенное блестками и расшитое люрексом. Ты никогда не разрешал мне так одеваться. «Слишком привлекает внимание», так ты всегда говорил. И тебе было наплевать, что я именно этого и добиваюсь – обратить на себя как можно больше взглядов. Ты всегда был собственником, хозяином, повелителем… Ты никогда не был мне другом. Зато теперь я могу выглядеть так, как мне нравится. Я остригла волосы – вместо толстой косы русого цвета коротки перышки черно-красных оттенков. Только макияж на лицо я не накладываю – никогда не любила этого делать.
Знаешь, мне здесь нравится. Сначала было как-то неуютно, смущала обстановка, на меня никто не обращал внимания, а я этого жуть как не люблю… Ну и вообще, в такой ситуации оказаться… как-то неправильно, что-ли, я даже слова подобрать не могу. Ты наверняка будешь смеяться – вот чего-чего, а что сказать по любому поводу я всегда находила. Просто мои чувства не опишешь словами… Может быть, по началу я и не чувствовала ничего. А потом все стало обыденным, родным и знакомым.
Меня только расстраивают все эти постоянные визиты, я даже никогда не задумывалась, для скольких людей я имею такое значение. По началу я пыталась запомнить всех, кто приходил сюда, но потом это показалось мне бессмысленным. Нескончаемый поток людей, плачущих над моей могилой… Представляешь, однажды ко мне пришла женщина с маленькой девочкой, обе в черном, с букетом моих любимых лилий… У женщины абсолютно равнодушное лицо, но эта девочка… Порой я безумно жалею, что не могу покидать пределы кладбища. Ее слёзы причиняли мне такую боль… Я ведь просто писала книги, сказки… Они были самым дорогим для меня в жизни, но я добровольно рассталась с ними. А для этой девочки они были чем-то большим, чем буквы на бумаге, чем имя автора на обложке… Первый раз после смерти я подумала, что место последнего пристанища надо было выбрать где-нибудь в Арктике. Или в Сахаре. Правда, за эти недели я поняла, что все эти люди и туда бы добрались. Просто чтобы со мной попрощаться.
 
День Х+7

Брр, жуткий холод с утра, дождь не прекращается. Все мои цветы поникли, памятник стал очень скользким, а у меня даже гроба нет, чтобы в нем укрыться. Если так дальше и пойдет, придется проситься на постой к соседям. Знаешь, справа от меня живет такая милая старушка, я ей пересказываю понемногу, что происходило в мире со времени ее смерти. Ты бы видел, как она забавно всплескивает руками! Кроме нее, днем мне общаться не с кем – слева могила супругов, погибших в автокатастрофе, они как раз ехали в свадебное путешествие. Никак не могут смириться с происшедшим, хотя с тех пор прошло уже много дней! Но бабушка Зоя (это моя соседка слева) говорит, что период адаптации у всех происходит по-разному. Правда, насчет меня она сказала, что это из-за осмысленного принятия смерти. То есть я знала, что меня ждет, поэтому так легко приняла новое бытие. Я порой так ей удивляюсь – она такая многознающая! Но она говорит, что тут на кладбище очень много образованных людей, готовых поделиться знаниями. Потом, когда я смогу отходить надолго от своей могилы, я с ними познакомлюсь.
Вот. За моей спиной идет аллея, а там еще трое местных жителей, с которыми я сейчас могу общаться. Но, поскольку один из них – весьма замшелый князь, а по бокам от него – совсем юные девчушки (то есть умершие в юном возрасте, так им лет по шестьдесят), то мне здесь особо общаться не с кем. Зато к князю можно заглянуть в гости и погреться. Все равно в такую погоду ко мне никто не придет. Не люблю это правило – если у тебя посетитель – находись поблизости и внимай… Порой это утомляет.
 
День Х+8

Из-за этой дурацкой погоды не выбираюсь из покоев князя. Назвать по-другому его роскошный гроб у меня язык не поворачивается. Хорошо хоть, что мы сейчас присутствуем на другом уровне бытия – когда я к нему захожу, никогда не наталкиваюсь на тело. Это он из вежливости его прячет. А когда он выбирается ко мне, я всегда уступаю ему нагретый солнцем памятник. Просто у меня только урна с пеплом – там не разгуляешься, даже от дождя не спрячешься. Почему-то в нынешнем состоянии все природные явления сказываются на нас в многократно увеличенном размере. Как тут новичков в ветер мотает по кладбищу, ужас! Я пережила довольно много неприятных моментов. Могила тянет тебя к себе, а тебя носит по воздуху, как воздушный шарик в ураган. Если бы не умерла к тому времени, точно бы случился инфаркт.
От скуки расспрашивала князя о загробной жизни. Князь отшучивался и говорил, что рассказывать нечего. Жизнь как жизнь. Вполне нормальная. Он тут уже лет двести. Какое-то странное кладбище ты мне выбрал… Так вот. Ангелов или демонов тут никто никогда не видел, хотя в некоторых могилах душ нет. Так без жильцов и стоят. В ту сторону даже смотреть страшно – сплошное марево над крестами… Что-то я сейчас подумала – тут большинство таких могил… У кого бы спросить, что это значит.
 
День Х+12

Опять сижу на памятнике – отогреваюсь. Второй день как вылезло солнышко, но вчера у меня грелся князь. У меня одной памятник из гранита, остальные просто крестами обходятся… Заметила сигнал от дежурных ворон – кто-то шел в нашу сторону. Либо ко мне, либо к тем двум, что справа. Но к ним редко кто приходит. Залезла повыше – так и знала, что это ты будешь. В строгом костюме, при галстуке, как всегда – с одной темной розой. Из роз я разрешила тебе дарить только такие – выглядящие так, словно их лепестки пропитаны кровью. Я поудобнее устроилась – ты обычно долго со мной сидишь, всегда боком на скамеечке. И никогда не выпускаешь из рук цветы, пока не приходит время прощаться – словно боишься показать, как сильно дрожат твои руки. А я всегда сижу, не открывая глаз от твоего профиля. На фоне древних рябин на противоположной стороне аллеи ты выглядишь просто потрясающе, я всегда жалею, что у меня здесь нет фотокамеры. Моё маленькое хобби…
Ты опять, как всегда, садишься и молчишь. При жизни мне не часто доводилось любоваться такой картиной. Тоже большой плюс нынешнему состоянию… Ты почти никогда не говоришь со мной. При жизни меня это не смущало, а сейчас становится неуютно, как будто это не я здесь – мертвая молчаливая душа, а ты – мрачный неупокоившийся призрак. Ты сидишь, подставив лицо солнцу и ветру, прикрыв глаза. А я решила… в последний раз… не знаю, почему так была уверена, что он именно последний… Я скользнула к тебе, осторожно положила ладони на твои щеки и наклонилась к твоим губам. И… ничего не почувствовала. Мир живых был закрыт окончательно и бесповоротно. Я подняла глаза и увидела, как по твоим щекам потекли слезы. Спиной почувствовала, как растворились в воздухе нечаянные свидетели…
И все-таки… Все-таки, почему большинство могил пусто? Куда делись их обитатели, если они вообще тут были. Я считала, что мертвые живы, пока о них помнят. Но свежие могилы укрыты туманом, пусты и холодны. А древние порой наоборот полны жизни…
 
День Х+20

Сидела на памятнике и расчесывала волосы. Они тут очень легко меняются, правда, только у меня… Может, другие просто не знают, или им это давно наскучило… На этот раз они были зелеными и очень длинными. Такая изумрудная река. Я сегодня утром почувствовала, что ты опять придешь. Сегодня кладбище закрыто для постоянных посещений, так что кроме тебя никого не будет. А когда ты уйдешь, можно будет сыграть в карты с соседями. У князя такой богатый набор полезных вещей!
Ты, как всегда, пришел чуть за полдень. Словно опасаешься быть съеденным местными вампирами, и поэтому приходишь тогда, когда свет в самой своей силе… Но их тут немного… И они очень древние, почти не показываются из своих захоронений.
В этот раз ты довольно спокойно положил букет на ровный холмик, поросший мхом (моя заслуга! Натаскала его с ближайшей постройки начала позапрошлого века). Я подставила голову, так что получилось, будто венок ты надел мне на шею. На какое-то мгновение твои пальцы коснулись моих волос, и я вздрогнула. Но потом твоя рука продолжила движение, венок оказался на памятнике, я на холмике, а ты – на скамейке. В этот раз я сидела к тебе лицом.
Не успела я даже слегка задремать, как у тебя зазвонил телефон. Я удивилась – обычно ты оставляешь его в машине. Ты коротко сказал «сейчас буду» и ушел, даже не обернувшись. Я была потрясена.
 
День Х+23

Болтала сегодня с чертом. Наткнулась на него возле пруда, куда ходила за водой для мха. Долго и с удивлением друг друга разглядывали. Я приняла его за тролля, он меня – за русалку. После этого удивлялись еще дольше. Так бы и продолжалось, если бы меня не позвала могила. Пригласила его в гости, посидеть на памятнике. Он пошел. Специально отстала, чтобы убедиться в наличии хвоста. Не поверишь – был! Расскажу князю – он еще больше удивляться будет!
По дороге выяснила, что он смотритель этого кладбища. От Ада. Сказал, что он и вправду есть, но нам не светит. Те, кто остались на месте смерти, навсегда привязаны к земле. Отсюда может забрать только ангел, но их слишком мало, чтобы заниматься каждой отдельной душой.
Угостила его рябиной – мы ее замораживаем в склепе у одного из местных вампиров. На нем при жизни какое-то проклятие лежало, что-то связанное с его холодным сердцем, теперь его могилу можно спокойно вместо холодильника использовать. Черт помялся и достал из кармана горсть орехов, сказал, что они на той стороне пруда растут. Нам туда не добраться. Правда, он и не советовал – говорит, там уже территория Ада, местный отдел, или что-то вроде этого.
К вечеру подтянулись постоянные обитатели нашего участка. Читала на память им свои сказки. Черт плакал, уткнувшись в передник бабы Зои. Попросили его присоединиться к вечеру рассказчиков. Лучше бы этого не делали. До сих пор страшно до жути. Он сказал, что души на кладбище остаются в том случае, если в их смерть не верят. За такими душами охотятся все кому не лень. Мы – светлячки. Чем дольше продержимся после смерти, тем дороже, но в то же время вокруг нас постоянная блокада, чтобы другим не достались. Наше кладбище чаровали еще очень давно. Если защиту не сломают, мы тут спокойно до Страшного Суда перекантуемся, но если до нас доберутся… Вот на этом месте мне стало до такой степени страшно, что я поверила, будто помещусь в погребальную урну. Увы.
 
День Х+28

Ради разнообразия решила устроиться на холмике над могилой. На памятнике устроились молодожены, которые из правой могилы. Они тихо ворковали на солнце, а я пыталась понять, почему и кто не поверил в мою смерть? Честно говоря, я надеялась что-нибудь узнать от тебя, когда ты в следующий раз придешь.
Мы уже почти не обращали внимания на посетителей, старались просто не сталкиваться с ними – очень неприятное ощущение. Я услышала чей-то знакомый голос, обернулась и увидела девочку, расстроившую меня в самом начале моего пребывания здесь. На этот раз она была с мужчиной, который остался где-то на аллее. А она подошла к моей могиле, положила мои любимые лилии и - дивитесь, духи! – папку, из которой выглядывали фрагменты газетных вырезок. Глаза у нее на этот раз были сухими, и я расстроилась – она перестала быть ребенком. Это жестоко, когда детство уходит в таком раннем возрасте. Она погладила пальцем мою фотографию, и я подставила свое лицо под ее ладонь. Ее прикосновение было приятным. Она сказала: «Я отпускаю тебя. Я верю тебе, я верю, что ты просто ушла». Потом она ушла.
А я села на памятник и задумалась. «Я просто ушла» - это была любимая фраза моих умирающих героев. Они покидали родных и любимых, говоря эти простые слова. Никто никогда не ждал их возвращения, но и никто никогда не страдал от их смерти – встреча была суждена, в другом мире, в другом времени. Эта девочка тоже поверила и осознала эту истину. Однажды я смогу ей подтвердить верность своих слов.
Папка, которую она оставила, была торжественно перенесена чертом в склеп к князю – он один из нашей компании мог находиться в мире живых. У князя же все хранилось в полном порядке и никогда не портилось. Вырезки в ней посвящались мне – я даже не знала, что их может быть так много. Большие статьи и маленькие заметки, рецензии и отзывы, фотографии и рисунки… Кусочки созданных мною миров. Возможно, она отказалась от своего сокровища, чтобы справиться со своими чувствами, а может быть, просто хотела сделать мне приятное. Эта девочка явно понимала в смерти куда больше обычных людей.
 
День Х+33

В один из тихих вечеров пришел черт и сел слушать наши рассказы. Я заметила, что он в последнее время всегда приходит с блокнотом, и спросила, зачем он его с собой таскает? Оказывается, он записывал все, что я рассказывала. Я не заметила, что по вечерам для окружающих меня призраков творю новые истории. Новые миры, аккуратно записываемые за мной, снова принимали реальные очертания на бумаге. Я не знаю, зачем ему это, но периодически подписываю ему гербовые бланки, посвящая их странным именам, вроде «Араквиэлю, преданному читателю и почитателю». Не знаю, для кого он берет автографы, но периодически появляется со списком имен и новыми бумажками. Возможно, где-то еще, кроме мира живых, есть те, кто любит сказки…
Перечитывала газетные вырезки, нашла одну странную статью. Скажи мне, почему ты заявил журналистам о начале расследования причин моей смерти? Если бы ты спросил моего мнения, я бы тебе отсоветовала это делать. Никому не нужно знать, почему люди пытаются уйти из жизни, особенно если у них это получается.
Баба Зоя затянула какую-то балладу, князь с чертом ей подпевали, а я вспоминала. Столько времени прошло, а я только сейчас начала вспоминать….
… Это была настоящая любовь. Не ураган чувств, от которых съезжает крыша и пляшут гормоны. Мы были созданы друг для друга – так я думала тогда, и также продолжаю считать теперь. Между нами было уважение, было понимание, были радость и четкое видение совместного будущего. Полная гармония чувств. Он не был моим первым мужчиной, но он стал единственным, если ты меня понимаешь. Моим. Навечно. «Пока смерть не разделит вас».
Не дошло даже до свадьбы. Смерть – горькая вещь, когда она не твоя. Когда она забирает того, на кого ты уже заявил свои права. Зато у него оказался брат-близнец, схожий с ним только чувством ответственности. Он не захотел меня бросить. Мы стали идеальной парой – совместные поездки в отпуск, помощь в работе… Холодный уют, холодная постель, холодный быт. И я с головой ушла в мир, в котором мы могли бы жить. Я наполняла мир своей болью и нерастраченной нежностью. Ты тоже читал, наверное, всё понимал, но исправить ничего не мог…
 
День Х+38

Загробная жизнь полна непредсказуемых опасностей, в чем я в очередной раз убедилась. Помнишь, я говорила, что кладбище зачаровано? Чтобы яркие души не были поглощены кем-либо. Вчера я увидела смерть ангела. При жизни после такого зрелища я бы пошла и спрыгнула с крыши небоскреба. При смерти мне пришлось удовольствоваться сидением на дне пруда. К могиле, которая не смогла меня дозваться, меня принес черт. Сказал, что я начала засыпать в иле. Это был бы полный конец.
Ангелы иногда прорываются к душам, чтобы забрать их с собой. Забрать солдатами. Если бы он долетел до нас, назад возвращалось бы войско из жителей кладбища. В небе, прямо надо мной, на него напали и разрубили. На меня падали и падали перья, а я стояла и под пушистым дождем и не отрывала глаз от пятнышка крови, впитывавшегося в песок на берегу пруда. Они кружились вокруг меня, а я какой-то частью себя пыталась понять – почему он не ушел сразу? Почему позволил себя убить? Почему эти мягкие белые перья падают на землю без единой капли крови на них? И почему мои… Мои руки словно сжимают рубящий его меч?!
Ангел Творения… Так они меня звали, когда я засыпала для жизни и смерти. Творящая… В меня верили, мне верили… И я верила, когда уходила из жизни, что иду не в Пустоту, что за чертой жизни что-то есть, кроме забвения. Я верила, что больше при жизни мне создать нечего. Что все, что я могла создать – уже есть. Уже отдано людям и большего они от меня не получат, потому что мне больше нечего им сказать… Все оставшееся я буду рассказывать не им… Уже рассказываю…
 
День Х+40

Сорок дней с моей смерти. Сегодня я навсегда покину мир живых. Я попрощаюсь не только с той милой девочкой – я попрощаюсь со всеми, кто знал меня. Я поведу за собой новое войско, которое никогда не встанет под знамена Небес. Новый мир, созданный мною при жизни. Новый мир, в котором живет душа моего любимого, того, ради которого я прожила долгую жизнь, полную простого счастья. Я оставила по себе долгую память, моя могила каждый день тонет под кипами свежих цветов, почти все мои друзья простились со мной. Самое важное – они смогли отпустить меня. Сегодня я покину последнего из них.
Мы все готовы, все собрали дорогие сердцу безделушки. Все, кто уходит… Мой черт осторожно гладит мои крылья и качает головой – раньше ни одному ангелу не удавалось пробраться на кладбище. И ни одному из них не приходило в голову воплотиться в жителе кладбища… Кровь ангела – как семя, несущее в себе новое начало, новую суть… Мои перья того алого цвета, который до конца моего существования будет стоять у меня перед глазами – цвета крови ангела, капающей на песок прямо с неба…
Сегодня я повернусь на твои шаги. Сегодня, когда ты принесешь мне белую розу, ты меня увидишь. Сегодня я вытру твои слезы, и из твоего сердца уйдет боль от потери. Ты любил меня, я знаю. Но я любила лишь раз в жизни, оставив в сердце только печаль. Поэтому я заберу твою любовь с собой – она больше не будет терзать твою душу. Сегодня, когда для нас откроется вход в другой мир, я, зная ответ, спрошу тебя:
«Почему ты не веришь в моё самоубийство?».

© Дёмина Светлана (Saysly), 03.08.2007 в 10:56
Свидетельство о публикации № 03082007105614-00033769